SiamCity - Сайт о Таиланде  
          Путевые заметки 

Гримаски Аэрофлота Гримаски Аэрофлота
Итак, друзья наши, в этот раз мы поведаем вам о Аэрофлоте в аэропорту Бангкок, или что вам делать, если купленные вами сувениры и сорванные на память бананы и ананасы будут весить больше, чем 25 кг. -- бесплатный багаж. Вам, естественно, все, превышающее 25 кг., дороже не менее, а даже более, чем то, что в эти 25 кг. входит. Вам их, натурально, хочется доставить домой, причем либо бесплатно, либо, как говорится, по-божески. Если вы не против доставить лишненькое по-аэрофлотовски, то исходите из расчета 10 долларов с хвостиком за каждый килограмм. Если против, первое, что вы сделаете -- оглянетесь вокруг и обратитесь к соседу, чей багаж явно меньше разрешенных 25-ти. К тому, то есть, кому было явно не до бананов и сувениров. Вот тут-то вас и поджидает сюрпризик в виде представителя Аэрофлота! Итак, загрузка в самолет в Бангкоке происходит следующим образом -- сначала вы заходите в огороженное пространство, где ваш багаж подвергают рентген-проверке, затем следуете к стойке регистрации, где ваш багаж взвешивают и оглашают приговор. За стойкой стоят тайцы, готовые помочь и даже попросить того, у кого багаж мал, поделиться с вами весом. Но перед стойкой снует, как акула в стае селедки, представитель Аэрофлота -- наш, с головы до запахов, русак. Но болтающаяся на груди бирка с фото и именем предусмотрительно оформлена в тайском стиле, т.е. на тайском языке. Даже не на английском. Он там снует, чтобы, видимо, помогать и разрешать вопросы. Он помогает и разрешает, а как, опишу на личном примере. Итак, к моей партнерше Наташе прилетела погостить ее мама. Мы решили снабдить ее, для установления с нами бесперебойной и качественной связи, секондхенд компьютером -- в виде собственно компа и монитора. Сажаем маму в самолет, и выясняется, что вес превышает положенный аж на 13 килограмм, даже после того, как мы отказались от погрузки ананасов. На 5 с чем-то тысяч бат потянул монитор, что составляет, в понятном каждому русскому эквиваленте, сумму в 140 долларов. У нас таких денег не было. А сам монитор стоит едва-ли половину этой суммы. Пассажиров было вряд-ли на пол-самолета. Ищем легковесов. И тут появляется он... Благородные седины и общее выражение лица, приличествующее никак не меньше, чем швейцару не последнего ресторана привокзальной площади. Высок, явно за пятдесят годков, причем явно не все эти годки прошли под лозунгом "Трезвость -- норма жизни". Ой, не все. Далеко не все. Помимо административного, сугубо делового, его лицо имеет еще один очень характерный отпечаток -- советского человека, долго и упорно работающего за границей на благо и во имя. Советского заграничного человека -- смесь партбилета с чекистской бдительностью, комсомольца в душе, навсегда голодного и пожизненно озверевшего от капиталистических изобилий и извращений. Одно слово -- товарищ-ч! Товарищ, то есть. Предупреждаю -- я не просто со зла так на него накинулся -- поясню дальше.

    Кстати говоря -- я никак не пойму, почему, когда хотят "поддеть", начинают величать "господином". Господин Зюганов, например... Зюганов -- он товарищ, был им, есть, и будет. Помню в советское время, еду в автобусе, расплющенный по заднему стеклу утренней или вечерней, или просто так, давкой, и обгоняет автобус "Волга" черная, уж не говоря про "Зил". И затаилось там особо важное существо, на заднем сиденье. Секретарь чего-то. Что умиляло -- он товарищ, и я товарищ, и оба мы товарищи. И равны до бесстыдства. После советских времен словечко "товарищ" лично для меня имеет какой-то невыразимо гнусноватый привкус.

    Так вот, благородная смесь усмотрела наши поползновения, и в корне их пресекла, заявив, что она, смесь, лично не допустит на посадку ни маму Наташи, ни тех нехороших людей, которые осмелятся взять у нее часть багажа. Блеснув принципиальностью, комсомолец хищно огляделся вокруг и унюхал нечто более соблазнительное, чем нашу не лучащуюся богатством группку. В оградку влетело какое-то африканское племя в полном составе, во главе, видимо, с вождем -- все в шикарных костюмах отнюдь не племенного африканского производства, с кучей багажа и золота на руках, шеях, пальцах, ушах и, по-моему, ноздрях -- но за последнее не ручаюсь. Племя летело не то в Москву, не то через Москву куда-то далее, этакие кочевники. Племя, взвесив скарб, пришло в ужас и заметалось. Нажитое нелегким трудом негров тянуло столько, что дешевле было заказать чартер с шампанским и концертом Зыкиной в полете, уж не говоря про поросенка с выходом. Надо было либо прощаться с частью африканского имущества, либо вытаскивать из ушей и ноздрей африканское золото, причем блеск был такой, что мне показалось -- навешанное на них золото было тяжелее их багажа и их самих, вместе взятых. Вождь начал переговоры с тайцами за стойкой, но тайцы только показывали пальцами на нашего борца за равный вес. Начались переговоры с товарищем, после завершения которых негры повеселели, успокоились, закидали своим багажом тайцев за стойкой, стойку и то, что там было за стойкой, и последовали далее в зону "Дьюти-фри", беззаботно поскаливая зубами. А наш блюститель, устало вытирая благородный трудовой пот, уковылял куда-то вбок и испарился, как белый слоник с известной рекламы Аэрофлота. И более не появлялся. Видимо, уже ничто больше не угрожало ни равновесию самолета, ни кассовым сборам компании. Так вот, друзья мои, буде у вас больший положенного багаж, и меньше требуемого Аэрофлотом денег, не торопитесь заскакивать за оградку! Осмотритесь! В оградку ведет узкий проход, там обычно очередь, ищите тех, кто вам сможет помочь, не заходя за оградку! И определите представителя Аэрофлота, не поленитесь. Не трудно. Бирка на груди, важное выражение лица и схожих частей тела, надпись на бирке только на тайском -- это он и будет. Может, нормальный будет -- они там меняются, повахтенно или как, не знаю, а может, будет бдить товарищ-ч.

    Теперь, как и обещал, поясняю, почему я так накинулся на бдительного. Дело в том, что три года назад я был транзитом в аэропорту Бангкока, летел из Австралии в Москву. В Бангкоке провел сутки, а при посадке с ужасом узнал, что за вход в зону "Дьют-фри" требуется сбор -- порядка 12 долларов. У меня оставалось долларов 5, и я не понимал, зачем мне больше, так как самолет (Аэрофлот) летел напрямую, а в Москве меня встречали любимые и любящие. Не знал я про эти сборы ничего, тем более, что в Австралии мотался по нескольким аэропортам, и никто там ничего от меня не требовал. Ну, куда деваться? Пошел к представителю Аэрофлота, этой вот как раз благородной смеси -- именно ему, запомнил я его. В тот раз он был благородной смесью благородных напитков, то есть, пьянее тормозной жидкости вверенных ему самолетов. Но он -- закалка! -- немедля принял приличествующий вид и обьяснил мне, как устали наша родина, наш Аэрофлот и лично он, от таких, как я, проходимцев, которые только и норовят проскочить бесплатно, беспощадно грабя наше отечество, в столь трудную для него минуту. В общем, в самолет я не сел -- недостающие 7 долларов мне подкинули какие-то австралийцы -- я у них спросил, сколько стоит позвонить в Австралию, они спросили, в чем дело и так далее -- и даже побежали со мной на посадку, но было поздно. Со мной был ноутбук, я пошарахался по аэропорту и за пару часов заработал столько, что когда садился на следующий день на следующий рейс Аэрофлота, искренне пожалел, что рейс был именно на следующий день, а не через пару дней -- и Бангкок понравился, и деньги были. Но ладно, это детали, а дело в том, что я вообще никогда не полагался особо на наше государство и на все, с государством связанное. Хотя сам по себе Аэрофлот, например, мне нравится куда больше, чем многие иностранные авиакомпании, с самыми громкими именами. Но представители! Особенно заграничные, особенно те, кто долго и упорно работал за этой самой границей в советское время! Как они на меня и подобных смотрят! Сколько чувств в этом взоре! Роман читаешь, а не в глаза смотришь. До чего, мол, довели страну -- всякая сволочь, кому не лень, мотается по заграницам, как раньше не всякий член ЦК себе мог позволить. А кто я такой? Отец -- литейщик свинца, мать -- бухгалтер, МГИМО не кончал, связей нет, и вот на тебе! Езжу, как урожденный секретарь крайкома! А спроси меня, сколько я задниц вылизал, чтобы за границу прорваться -- так ведь стыдно сказать -- ни одной! Даю свое определение социализма и наоборот, в пику ленинскому -- мол, раньше надо было бояться человека с ружьем, а теперь не обязательно. Так вот раньше надо было лизать, а теперь не обязательно. И на этом заканчиваю.

   Автор -
Михаил Войтенко
Оптимизировано под Internet Explorer 5.0, 800x600
Хостинг предоставлен:
worlds.ru
TopList
  2000-2001. © Copyright by Laowai. All rights reserved
Пишите по всем возникающим вопросам
Последнее обновление сайта:   сего года